Общепризнанными предками каждого из нас являются библейные Адам и Ева. А дальше можно фантазировать сколько душе угодно.
В 2010 году, заполняя при поступлении на работу анкету, в графе «Ваше социальное происхождение» я все указал честно, ничего не стал скрывать. По линии матери происхожу от римских сенаторов. Со стороны отца все мои прямые предки – сарматские князья. Может так оно и было на самом деле – две тысячи лет прошло, теперь пойди проверь.
Моя современная родословная со стороны отца проста и незатейлива. По папе и пятой графе советского паспорта я – украинец. Мой прадед, Пантелей Тимофеевич Павленко, родился и всю жизнь прожил в селе Водяное. Отличался скверным характером и склонностью к злоупотреблению, но тем не менее умел ладить с богатыми людьми и в том числе протоиереем водянской церкви Михаилом Шафановым, который всегда из христианского человеколюбия выручал его во время острого питейного кризиса. Прадед Пантелей оставил после себя многочисленное потомство, чему порукой мои дальние и близкие родственники по отцовской линии.
С материнской стороны все несколько сложнее. По линии матери я хорошо помню деда Николая Абрамовича. Абрамович – это отчество. Фамилия деда была Никулин. Про прадеда Абрама известно лишь, что детей у него было трое – дочь Мария и сыновья Николай и Ефим.
Вскоре семья Никулиных из Енакиева переехала в Донецк. Своего жилья они не имели, поэтому жили на квартире в доме Хрущева – того самого Никиты Сергеевича. С 12 лет дед работал на шахте коногоном – вывозил из подземелья лошадьми вагонетки с углем и в быстром темпе загонял под землю пустые вагонетки – на жаргоне шахтеров «давал порожняк». Труд был опасен, как и всякая подземная работа на шахте.
На шахте слесарем работал и его друг Хрущев. В свободное от работы время оба занимались революцией. Прошло несколько лет, сначала свершилась революция, потом закончилась гражданская война, и Хрущев начал работать комсомольским вожаком. А Николай Абрамович снова взял в руки обушок, лампу-карбидку и пошел добывать уголь для страны.
Там же, в Донецке, Николай Абрамович познакомился с девушкой из села Большая Белозерка, Леной Хоменко. Свадьбу сыграли в доме Хрущева. Вернее, это был дом родителей Хрущева – Сергея Никаноровича и Ксении Ивановны.
На шахте Николай Абрамович заработал силикоз – профессиональное заболевание, и семья Никулиных переехала в Каменку-Днепровскую.
Николай Абрамович в 1930 году окончил школу агрономов-плодоовощеводов и долгое время работал в совхозе «Каменка» начальником плодопитомника с перерывом на войну. Я в детстве любил разглядывать его боевые награды. Чем был награжден дед, не помню – я был тогда очень мал. Но запомнилась одна самая почетная солдатская награда – медаль «За отвагу».
Когда в 1941 году началась война, семейство Никулиных уже было довольно многочисленным. При приближении немцев они эвакуировались в Лисичанск. Причем бабушка Лена вместе с сыновьями Валентином, Виталием, Юлием и дочерьми Кларой и Вилорой дошли туда пешком. Но немцы захватили и Лисичанск.
В Лисичанске произошло интересное событие. Немцы угоняли молодежь на работу в Германию. Согнали людей на площадь и начали сортировать – женщин с детьми налево, молодых девушек направо. Тете Кларе, которой уже исполнилось 15 лет и была она девушкой довольно рослой, бабушка Лена дала на руки свою младшую дочку, немец посмотрел на них и сказал: «фрау с ребенком налево». Так младшая сестра спасла старшую от плена.
А потом немцев выгнали. Семья вернулась в Каменку, вырыли землянку, потому что дом разбомбили и жить было негде. В сорок пятом пришел дед с войны, и до самой пенсии работал начальником плодопитомника. А еще верил в торжество идей коммунизма, как высшей формы социальной справедливости. При этом в партии коммунистов никогда не состоял, хотя стать членом КПСС принуждали много раз. Но Николай Абрамович всегда отказывался – суровые реалии очень сильно корежили убеждения. Да и сейчас, живи он в наше время, вряд ли бы вышел на улицу махать флагом любого цвета. По-украински дед не мог произнести ни одного слова, но это не мешало ни ему, ни его украиноязычной семье.
А друг его молодости Хрущев сделал партийную карьеру и возглавил самую большую страну в мире – СССР.
Вот такой был у меня дед – агроном, шахтер, солдат. Многие каменцы старшего поколения его еще отлично помнят.
О временах и людях
Уже больше тридцати лет нет с нами Николая Абрамовича. Но люди живы, пока мы о них помним. Уже выросли правнуки деда Коли. Среди них есть тоже Николай, но не Абрамович, а Иванович, фантастически похожий на Николая Абрамовича в молодости, и жену его зовут тоже Лена – история повторяется. Потомки деда Коли, преимущественно русские и русскоязычные, живут в Украине, в дальнем зарубежье – только правнук и правнучка, жившие ранее в Москве. Им захотелось жить в стабильных спокойных странах – Дима теперь гражданин Австралии, а Таня – Австрии.
Шахтер дед Коля воевал за свою Родину – Советский Союз. Сейчас наша родина Украина – нет и не будет другой. Здесь живут граждане Украины – дети разных народов. Графы национальность нет в украинском паспорте. Можно нафантазировать многое. Родословную от древних скифов, происхождение от князя Владимира Крестителя, вбить себе в голову скрепы, но, если ты не считаешь Украину своей Родиной, лучше покинуть эту страну. «Все, кто говорят о русском мире – забудьте!» – это я цитирую Александра Лукашенко. Кубанские и донские казаки приняли Великую Отечественную войну как продолжение гражданской. Помня все обиды и ужасы расказачивания, присягнули на верность Гитлеру и воевали в частях вермахта, проявляя несокрушимые преданность и отвагу, как они думали, за русский мир и православие, а при приближении советской армии целыми станицами ушли с немцами на запад. Придет время, история все расставит на свои места, и те, кто виноват в нынешних бедах Украины, ответят за свою ложь, жадность и предательство, за наши кровь, слезы, нищету.
Ключ к любому событию – всегда люди, те, что стоят у истоков этого события и его последствий. Меняются исторические обстоятельства – люди не меняются никогда. Мы ничуть не лучше и не хуже наших предков, живших сотни лет назад и крутивших колесо истории в ту или иную сторону.
Что вчера посеяли наши предки, то мы сегодня и жнем. Важно чтобы после нас не проросли зерна неправды, ненависти и зла.
В театре истории меняются декорации, но актеры остаются все те же. Наше прошлое идет с нами в будущее, и память о наших предках стучит в наши сердца.
Иван ГОНЧАРЕНКО
Комментарии:
нет комментариев