РОСТ (АРХИВ)

55-летний энергодарец Юрий Петров рассказал о своей службе в горячейшей точке Донбасса – на подступах к Донецкому аэропорту

Их были тысячи, наших героев, которые с 2014 года защищали Донецкий аэропорт. Они непобедимы, их боялись главари бандформирований, именно враги окрестили наших солдат в этой точке «киборгами». И это теперь для всех украинцев обрело новый смысл. Среди защитников стратегически важной высоты (как терминалов аэропорта, так и подступов к объекту) были и энергодарцы – Юрий Петров и Андрей Войцеховский. В канун Дня защитника Украины мы пообщались с нашим земляком, электромонтером цеха средств диспетчерского технологического управления ЗАЭС, заботливым отцом и дедушкой, героем АТО Юрием Алексеевичем Петровым.

Еще в апреле 2014 года, когда Государственные флаги на Донбассе начали срывать, меняя на триколоры, энергодарец Юрий Петров был в числе первых, кто пришел в военкомат и записался добровольцем. В июле он прошел медкомиссию и отправился служить.

На тот момент Юрию Алексеевичу было 52 года, он попал в Мелитопольскую 25-ю бригаду транспортной авиации Вооруженных сил Украины. К слову, именно это формирование понесло первые тяжелейшие потери на Донбассе. Напомним, в ночь на 14 июня 2014 года в небе над Луганском террористы сбили самолет Ил-76. На его борту было 40 десантников 25-й из Днепра и девять членов экипажа из Мелитополя. Все они погибли.

Наш земляк в составе 25-й бригады попал в батальон охраны – во взвод малокалиберных зенитных установок ЗУ 23-2. В мелитопольском подразделении он прошел первичное обучение, затем его с сослуживцами отправили на полигон «Широкий Лан». Там «учебка» продолжилась, но уже более усиленная. В декабре командование сообщило, что можно писать рапорты на службу в зону АТО.

 Юрий Петров говорит, что желающих тогда было много. И брали в АТО не всех, предстояло пройти еще один отбор. В конечном итоге энергодарец попал в сводный отряд «Дика качка» – его формировали из военнослужащих частей Военно-воздушных сил со всей Украины. Об этом отряде широким массам известно не так много, но не назвать его легендарным мы не можем. Все 200 человек отряда – добровольцы, треть личного состава – офицеры. Они прикрывали северные подступы к Донецкому аэропорту.

«Українські «кіборги» біля Донецького аеропорту продовжують захищати стратегічно важливі точки на летовищі» – такие фразы весной 2015-го можно было услышать в каждом выпуске новостей. И мало кто из энергодарцев знает, что одним из главных подразделений, которые отбивали нападения противника, был тот самый сводный отряд Воздушных сил. «Дика качка» –

 это название им дали волонтеры, впоследствии оно стало официальным. Основное задание подразделения – удержать важнейшие позиции под кодовым названием «Зенит» Донецкого зенитно-ракетного полка вблизи шахты «Бутовка». Отделение Юрия Петрова встало на оборонные позиции «Зенита» 6 апреля 2015-го, в пятую ротацию.

– Наш отряд дислоцировался в зоне Донецкого аэропорта. Мы охраняли позиции – так называемый «Зенит», за нами находилась шахта «Бутовка». А дальше Авдеевка. Сдашь позицию – Авдеевка будет для боевиков как на ладони. Мы стояли на этой высоте два месяца. И

 это – два месяца практически не прекращающихся обстрелов. Были дни, когда мы уже прощались с жизнью. Бои велись постоянно, на нас очень активно наступали, с большим количеством техники. Вероятно, думали, что быстро нас выбьют, потому и бросили огромные силы, – рассказывает Юрий Петров.

 Большой проблемой для защитников аэропорта были беспилотники врага – после их полетов начинались очень точные артиллерийские обстрелы. Уже через неделю после заступления на позиции отряд, где служил Юрий Алексе-евич, потерял пятерых бойцов. От прямого попадания мины в позицию зенитчиков сдетонировал боекомплект…

– Это были самые огромные наши потери. Наши боевые товарищи попали под тяжелейший точный обстрел. Работали минометы, САУ. Их просто накрыло волной огня. Пятерых моих побратимов забрала война…. У нас вообще такая позиция была, что мы ее сравнивали с лунным кратером. Потому что буквально мина на мину ложилась.

 Аэропорт не зря считался одной из самых горячих точек на карте АТО. Бывали дни, когда позиции сводного отряда обстреливали – вдумайтесь – по 200 раз!

На зенитчиков главари бандформирований объявляли охоту

Наш собеседник вспоминает, что тогда уже действовали минские договоренности. Правда, на той стороне их никто особо не выполнял. Каких-то оборонных сооружений на «Зените» не было. Украинские бойцы сами сооружали их из подручных материалов, копали землянки, в которых пересиживали острые моменты. Но особенно сложно было от того, что нельзя дать равный по силе ответ:

 – У нас не было возможности защитить себя. Ну как вы себе представляете, мы должны были автоматами остановить артиллерию. На тебя танк едет, из БМП стреляют, а ты сидишь в норке.

– Как же вы держали позиции?

– Да так и держались. Старались дать ответ из того, что есть. Вот, например, у нас служил Сергей с позывным «Булька» (легенда АТО, профессионал и патриот, геройский погиб в июле 2016 года, будучи серьезно раненым, он так и не бросил свою позицию – ред.). Он был гранатометчик и доставал позиции врага. Против нас воевали чеченцы. Особо не скрывая, кто они, даже флаг свой вывесили. Мы видим – им груз привезли, разгружают. Уж не знаю как, но Сергей умудрился попасть точно в привезенный им боезапас. Когда совсем тяжело было – просили командование, чтобы нас прикрыли. Достаточно было одного ответа, чтобы на той стороне успокаивались. Когда не работала артиллерия, включались снайперы, их там тоже было достаточно.

– Против вас воевали только чеченцы?

– Могу назвать лишь тех, кого видел своими глазами. Стояли чеченцы, но как только мы им хорошо дали – сразу ушли. Их сменили якуты, но тоже быстро свернулись, когда поняли, что мы сдавать позицию не намерены. Ну а потом остался «Гиви». Помню, он как-то со своими дружками на БМП (боевая пехотная машина) катались, прикалывались, смеялись… А это же красная линия обороны, мы их хорошо видели. Ну, докатались, мы их накрыли. «Гиви» по рации тогда орал: «Зенитчиков в плен не брать. Расстреливать на месте». Позже наш командир передал, что на нас ведется настоящая охота.

 Юрий Алексеевич по сей день считает, что ему и его побратимам посчастливилось выжить. После одного из обстрелов из САУ (самоходная артиллерийская установка) он был контужен, а сослуживец, с которым они в это время были вместе, получил осколочное ранение. В итоге все обошлось, но бойцу на тот момент нужна была помощь медиков.

 – Его вывозить надо, – рассказывает об этой ситуации участник АТО, – вызвали санитарную машину. А для противника автомобили медиков – как красная тряпка для быка. Они, как только видели, что к нам едут врачи, сразу открывали по ним огонь. На медиков вообще отдельную охоту вели. Так они к нам и прорывались сквозь огонь.

У защитников аэропорта не было элементарного: еды и воды

Все мы помним о том, в каком состоянии было обеспечение армии поначалу. Юрий Алексеевич говорит, что техники у них как таковой и не было, только пара старых, разбитых машин. Пригнали БТР, но у него сломался двигатель. Бойцы буквально вручную затолкали его, оставили с расчетом, что он станет огневой позицией. Но после очередного визита беспилотника, начался обстрел, и от БТРа остался один каркас.

– По нам вообще очень метко стреляли. Я тогда еще все говорил: «Ну, ничего себе шахтеры воюют». Вы же помните, нам все рассказывали, что армия «ДНР» сформирована из донецких шахтеров…

 Но техника в первый год войны была настоящей роскошью. Без машин, вспоминает Юрий Петров, еще можно было справиться. Но у солдат не было элементарного – воды и еды. Именно в это время очень ощущалась поддержка народа. Волонтеры, которые чудом прорывались к позициям сводного отряда под огнем, привозили все – от воды и передачек от родных до тепловизиров и бронежилетов. После одного из обстрелов позиций помещение, в котором скрылись Юрий Алексеевич с побратимами, попал снаряд. Солдаты успели выбежать, а вот все обмундирование и оружие сгорело. Волонтеры очень быстро привезли защитникам новую одежду и все необходимое.

– Но мы всегда просили одного – воды. Ее очень не хватало. Там же нет никаких коммуникаций. А вообще вы даже не представляете, насколько важно в такие моменты ощущать поддержку народа, – говорит Юрий Петров и достает из внутреннего кармана куртки бережно сложенные листочки бумаги. – Вот, письма от детей. Я не так много с собой привез памяток с той войны. А письма взял. Мы разбирали их как ценные подарки. В некоторых были номера телефонов детей, мы им звонили. Вы не представляете, сколько эмоций было у детворы, когда они узнавали, откуда мы им звоним. А мы хотели сказать им спасибо за поддержку, ведь это для нас был один из стимулов держаться до конца.

На этой войне Юрий Алексеевич пережил многое и разное видел. Верить в лучшее помогал дух единства, невероятная поддержка побратимов, какую в мирной жизни редко встретишь. Со многими своими сослуживцами он общается и сейчас.

Уже ближе к концу нашей беседы над левым нагрудным карманом куртки героя я заметила нашивку «Маэстро». Оказалось, это позывной энергодарца, и появился он не просто так. Юрий Алексеевич любит играть на гитаре. И с этим инструментом связана одна история.

– Ребята узнали, что я играю на гитаре. И вот через какое-то время волонтеры мне привозят инструмент! Но когда ехали, попали под обстрел. Ничего серьезного, все живы, но две струны на гитаре порвались. Ну, сидели мы, сидели, думали, где ж струны взять в Донецком аэропорту. И тут я вспомнил о кабеле со стальным проводом. В общем, сняли оплетку, да и сделали две струны. Много песен на этой гитаре сыграно. В конце службы все ребята на ней расписались. Вот ее и детские письма я и привез домой. Гитара у меня теперь дома как реликвия висит.

 Подразделение, в котором нес службу энергодарец Юрий Петров, стояло возле Донецкого аэропорта два месяца.

2 июня 2015 года пятую ротацию сменили. 4 июня героев встречали в Василькове под Киевом. А в сентябре наш земляк был демобилизован, вернулся в Энергодар, к семье, на работу. Он начинал рядовым, демобилизовался, будучи командиром взвода, в звании старшего сержанта.

И сегодня, по прошествии полутора лет после службы на первой линии обороны возле Донецкого аэропорта, Юрий Алексеевич все еще не привык к мирной жизни. Он признается, что сложно было возвращаться, и не менее сложно – слышать от некоторых знакомых и коллег насмешки: мол, зачем ты туда вообще пошел, или вопросы: «Ну что, заработал денег?»

– Я многое слышал в свой адрес после возвращения. Да и пока там был, пару раз обращался за помощью, но получил отказ. Зачем пошел на войну? У меня сыновья, внуки. И я не хочу, чтобы сюда, в Энергодар, кто-то пришел. Скажу больше: на войне не место молодым. Это тяжелая, страшная работа. Не всякий молодой сможет это вытерпеть. Есть мы, взрослые, более опытные. И пока мы можем, мы должны защищать свою страну. Я и сейчас уверен, что на Донбассе должны быть люди, у которых есть опыт. И самое главное – те, которые понимают, что нельзя сдавать ни сантиметра земли, мотивированные и ответственные.

Отрадно, что решение Юрия Алексеевича и его позицию разделили его родные – жена, дети, внуки. У нашего собеседника трое сыновей, трое внуков. Защитник Украины (к слову, русский по национальности) говорит, что и им за те два месяца, пока он был под аэропортом, довелось натерпеться страха.

– Порой было так, что мне приходилось с родными говорить в те моменты, когда нас обстреливали. Это же все слышно в телефоне – взрывы, стрельба, бой. Связь глушили, и когда родные прорывались, то бой – не бой, стараешься ответить, чтобы хотя бы сказать, что жив-здоров. Когда враг поливает тебя огнем, понимаешь: тебя ждут, ты нужен кому-то, а значит должен остаться живым.

 Через год после демобилизации Юрий Петров все так же вспоминает свой сводный отряд Воздушных сил «Дика качка». А мы и по прошествии десятилетий должны помнить наших героев, которые, не задумываясь встали на защиту Украины и мирной жизни в наших городах и селах.

Только в Энергодаре – сотни человек, вернувшихся из зоны АТО, они проходят мимо нас на улицах, работают с нами на одних предприятиях. О подвигах многих из них мы даже и не знаем. Но мы хотим, чтобы наши защитники помнили: мы благодарны за их героизм и мужество!

Алиса ТИТОВА