РОСТ (АРХИВ)

Нет ничего страшнее и бессмысленнее войны. Об этом знают наши деды и прадеды-фронтовики, прошедшие Великую Отечественную. Об этом помнят и воины-афганцы. А мы о войне узнавали из учебников и воспоминаний родных. Кто бы мог подумать, что наступит время, когда в мирной Украине прольется кровь гражданского населения, под обстрелами будут гибнуть дети и старики, а сотни тысяч людей вдруг лишатся домов, работы, уверенности в завтрашнем дне. Именно об этом говорили беженцы из Славянска, Лисичанска и Краматорска, которые приехали в Энергодар. Приехали, чтобы начать жизнь с нуля. В большинстве своем – без надежды на возвращение домой…

Моя встреча со вчерашними жителями Донбасса состоялась в управлении труда и социальной защиты населения. Я благодарна людям за то, что откликнулись, поделились своей болью. Потому что только от них самих мы можем узнать, что же сегодня реально происходит в зоне ведения АТО.

Четыре семьи, четыре, в сущности, похожие истории. Истории потерь, страха за жизнь и будущее детей, так и не оправдавшейся надежды на то, что решить конфликт на Донбассе удастся без кровопролития. О том, с чего все начиналось и что стало последней точкой, вынудившей людей спешно покинуть родной дом, РОСТу рассказали они сами.

Хайдар и Галина Умаровы приехали в Энергодар из Славянска 28 мая. В нашем городе у Хайдара живет сестра. Еще три сестры – в Славянске, пытаются сейчас выехать в безопасное место. Решение о том, чтобы оставить дом, далось молодым людям очень непросто. Главной причиной стало опасение за жизнь 4-летней дочери.

– Нам давно предлагали уехать, но мы никак не решались. Это ведь означало бросить все, что нажито, построено... Но главное, сильно заболела мама. Она умерла 15 мая. Через 9 дней после похорон мы уехали. Возможно, еще долго бы откладывали, надеясь на чудо, пока возле нашего дома не рванула мина. На наших глазах погибли люди, – рассказывает Хайдар. – Мы до сих пор не можем осознать, что дома идет война. Умом понимаем, но душа этого не может принять!

А начиналось все 13 апреля – эту дату мои собеседники почему-то запомнили особенно хорошо. В этот день в Славянск приехали человек двадцать в балаклавах и камуфляже, назвались защитниками (а защищать намеревались от «Правого сектора» и майдановцев), после чего захватили милицию, которая, собственно, и не сопротивлялась. Местное население отнеслось к прибывшим с любопытством – ходили, фотографировали. Страха не было. Он пришел позже. Радостно встретила «освободителей» и мэр Славянска Неля Штепа. И только позже, когда ополченцы заявили о своем намерении отделиться от Украины и создать республику, настроили баррикад и стали разгуливать по улицам с оружием, эйфория прошла. Мэр города попыталась было исправить ситуацию, но уже было поздно. Ее посадили под арест в кабинете исполкома, а городом стали управлять странные личности.

– Оружие раздали неадекватным людям – наркоманам и откровенным мерзавцам, которые были печально известны в городе и до этого, – вспоминает сегодня Хайдар. – А теперь они повылезали, как грибы после дождя. Если же говорить именно о чужаках, то они явно хорошо обучены и вооружены до зубов. В кустах прямо в жилых микрорайонах сидят снайперы. Атмосфера в городе страшная. Попробуйте жить под минометными обстрелами, которые иногда не прекращаются сутками!

На вопрос, кто все-таки стреляет, Хайдар и Галина рассказали следующее:

– Там такая система: ополченцы приезжают в какой-нибудь микрорайон. Становятся в карьере или посадке, практически не глядя, делают серию выстрелов по горе Карачун, где находится телевышка и расположены формирования украинских военных сил. Отстреляются и спешно уезжают, не заботясь о том, попал ли кто-то «под раздачу». Минут через пять-десять с Карачуна звучит ответная серия выстрелов. И если в это время на улице окажутся люди, значит, не повезло. Стреляют чаще всего из минометов. При падении мина не делает большую воронку. И почти не издает звука, только поднимает столб дыма, а потом уже раздается взрыв. Как-то заранее подготовиться, спрятаться не получается. Мы видели, как мужчина шел за хлебом и погиб. Женщина возвращалась с работы, но так и не дошла домой. Еще один мужчина тщетно пытался забежать в подъезд. Девушке возле пединститута оторвало руку, а 9 мая в парке погиб ребенок. Однажды человеку прямо в квартиру залетела мина. Пробила крышу и упала посреди комнаты. Не разорвалась. Он звонит спасателям, объясняет ситуацию. Ему отвечают: «Мы этим не занимаемся, звоните в Донецк, минеры есть только там. Если они приедут, помогут. Нет – ну, извините…».

Именно тогда пришло осознание, что пора уезжать. Но прежде нужно было похоронить маму Хайдара. И как бы ужасно это ни звучало, проводить человека в последний путь было очень сложно. В Славянске четыре кладбища, но попасть на них было невозможно. Два закрыты, одно разбомбили. Еще одно относится к какому-то району, и городских там хоронить нельзя. Накануне похорон всю ночь шел минометный обстрел. Но все же удалось договориться, рассказывает молодая пара. Буквально на несколько часов стрельба прекратилась, и им хватило этого времени, чтобы похоронить мать.

– Дальше нужно было поставить хоть какую-то оградку. Но никто не работает, все закрыто. Все-таки созвонились с человеком, едем к нему на базу. Дети с нами, дома одних ведь не оставишь.  Вышли во дворик. Хозяин предупреждает: туда не ходите, там могут быть «растяжки». Сюда тоже нельзя – неразорвавшиеся мины. Теперь представьте: даже если закончится эта война, как там жить? Сколько неразорвавшихся снарядов на нашей земле!

Отец Хайдара остался в Славянске. Ребята надеются, что, устроившись в Энергодаре, смогут забрать папу к себе. Но пока они сами живут здесь в очень стесненных условиях. Молодую семью приютила сестра, у которой есть и свои дети. Живут в одной комнате, но это лучше, чем ночевать в подвалах во время минометных обстрелов.

Хайдар ищет работу, чтобы позволить себе оплачивать жилье. Благо, управление труда и соцзащиты очень быстро помогло семье получить временную прописку, поставили на учет в Центре занятости, за что они очень благодарны. Потому что источника дохода у семьи теперь нет. Им очень нужна помощь с жильем – хотя бы на первое время.

«Донбассу нужно быть вместе с Украиной!»

77-летняя Галина Марковна Перепелица приехала в Энергодар к сыну. В Славянске женщина прожила более 60 лет. Захват города для нее – душевная рана. Говорит, что тогда еще не все понимали, к чему это приведет.

– Я лично считаю, что Донбассу нужно быть вместе с Украиной! Хотя мнения у людей были разные. Но сейчас никто из мирного населения не поддерживает сепаратистов. Сегодня люди спешно покидают город. В моем доме из 73-х квартир жильцы остались только в трех. Все заводы в Славянске уничтожили сразу. Ничего не осталось.

Женщина поддерживает АТО:

– Я стою по эту сторону баррикад, считаю, что сепаратистов нужно бить и не впускать! Город заполонили чеченцы, чувствуют себя как дома. Началось мародерство. Моего подопечного – мальчика-инвалида – просто выкинули на улицу, поставили под пулемет. Кто? Террористы, а не «Правый сектор». Начался криминальный передел. Всплыла на поверхность вся гадость. А ведь изначально многие поддерживали сепаратистов. Я перессорилась с племянницами, которые с самого начала кричали: «Мы за Россию!». Люди не понимали, не умели анализировать. Я всегда была против Партии регионов и Януковича. Донбасс, наоборот, должен извиниться перед всей Украиной за то, что именно мы этого человека протолкнули во власть. Донбасс его поддержал, а он его грабил безбожно. Нет там никакой Донецкой республики. Сплошная анархия.

«Мои дети очень напуганы!»

У Светланы из г. Лисичанска Луганской области четверо детей, самому старшему – 12 лет, а младшему – 3 года. В Энергодар она приехала к подруге. Родственников, которые могли бы приютить многодетную семью, пока муж на заработках, у них нет. Так и живут теперь: в одной комнате две большие семьи и, в общей сложности, семеро детей. А уехать решили, когда танки на улицах Лисичанска стали обычным явлением.

– Мы не могли выпустить детей из дома. Они ужасно напуганы, вздрагивают постоянно, плачут. Закрыли детсад. Старшие даже не смогли окончить учебный год, – со слезами говорит женщина. – Я родилась в Лисичанске. Теперь же мы вынуждены начинать жизнь с нуля. До последнего не хотели уезжать, все надеялись, что как-то обойдется, уляжется. Пока над головой не начали свистеть пули. Но когда трехлетний ребенок меня спросил: «Мама, танки сегодня приедут? Мы опять спрячемся в подвал?» – я поняла, что всему есть предел. Что жизнь моих детей дороже, чем квартира.

Многодетная семья целый месяц ждала возможности выехать. До этого автовокзал был захвачен, в округе взрывались мины. Например, в Северодонецке сепаратисты взорвали мосты, чтобы никто не мог проехать. Каждый день звонили на автовокзал, узнавали, будет ли автобус на Запорожье. Ждать пришлось долго. Но все-таки дождались. Всю дорогу гнали практически без остановок. Более-менее спокойно вздохнули уже в Харьковской области, преодолев многочисленные блокпосты.

Светлана говорит, что в Лисичанске, как и в Славянске, практически пусто. Кто мог, тот уже покинул город. Многие отправились в Россию.

– Туда, кстати, выехать легче. Даже автобусы начали давать на Москву. Все желающие – пожалуйста. По Украине гораздо сложнее было выбраться за пределы Донбасса. Но куда мне, с четырьмя детьми, ехать в страну, где я никого не знаю? Мы очень рисковали. Автобус неоднократно останавливали, проверяли, обыскивали мужчин. Тех, кто по каким-то причинам не понравился, высаживали из транспорта.

На вопрос, как сегодня чувствуют себя дети, их мама ответила: плохо, особенно старшие. Они ведь многое уже понимают. Да и для младшего ничто не прошло бесследно. Уже здесь, в Энергодаре, трехлетний ребенок увидел в небе след от самолета и испугался так, что еле успокоили. Дети не хотят возвращаться домой, они сильно напуганы.

Светлана уже начинает поиски работы, чтобы прокормить своих детей. Ведь если ужасы войны для этой семьи постепенно отходят на второй план, то серьезные бытовые и финансовые проблемы только начинаются.

– С деньгами крайне туго. Осталось совсем немного сбережений. Но надо как-то жить. Вчера обратилась в вашу социальную службу. Помогли с пропиской – спасибо! Обещают помочь с детским садиком для малышей, а потом и школой. Но мне и четверым детям нужна крыша над головой, не можем мы вечно жить у подруги. Хотя бы какая-то комнатка на всех, – обращается многодетная мама к властям Энергодара.

«Этажом выше застрелили годовалого ребенка!»

Еще одна наша героиня – молодая мама Настя – приехала в Энергодар буквально в день нашей встречи. Ее глаза все еще были наполнены паникой и ужасом, а малыша женщина не спускала с рук ни на минуту. Путь молодой мамы из Краматорска в наш город занял четверо суток! Временами приходилось идти пешком, минуя блокпосты. Прямого автобуса до Запорожья не было. А в Энергодаре муж – в командировке. Забрать семью и ребенка он не мог, потому ждал здесь и страшно волновался. Рассказывая свою историю, Настя плакала. Она ведь хорошо понимает, как трудно им придется начинать жизнь на новом месте, имея при себе только документы и небольшую сумку с вещами.

– У нас нет ни квартиры, ни одежды. Платить 1700 гривен за съемное жилье мы просто не в состоянии! Но и оставаться в Краматорске тоже уже не было сил. В нашей квартире от бомбежки повылетали окна. Этажом выше застрелили годовалого ребенка. Его кровь была повсюду. Я никогда не смогу этого забыть! – со слезами говорит Настя.

И она, и остальные семьи беженцев из Донбасса, которые, по сути, и статуса-то такого не имеют, сегодня надеются, что им помогут начать новую жизнь в Энергодаре. Главное, в чем сейчас нуждаются люди, – это жилье. Хотя бы временное, чтобы стать на ноги, найти работу, обеспечивать себя самостоятельно. И мы надеемся, что городская власть найдет возможность помочь этим людям.

С разрешения героев этого материла мы также публикуем номера их телефонов: 050-238-75-96 (Светлана Денисюк), 066-793-65-96 (Настя), 066-128-23-86 (Галина и Хайдар Умаровы). Наверняка среди энергодарцев найдутся люди, которые поддержат эти семьи.

Напомним, на прошлой неделе в Энергодар прибыли 17 беженцев из Донецкой и Луганской областей. Все в спешном порядке покинули свои дома, чтобы вырваться из районов боевых действий, и нуждаются в нашей поддержке. Желающие помочь могут также обращаться по телефонам: (06139) 4-47-65 (управление труда и социальной защиты населения); 3-23-26 (круглосуточный номер исполкома).

Пока верстался номер

С нами связалась героиня статьи Настя и попросила от ее имени поблагодарить за оказанную помощь председателя Энергодарского общества Красного Креста Анатолия Скалецкого, Олесю Загорулько, а также городского голову Игоря Наумичева, который сейчас занимается решением вопроса с жильем для семьи Насти.

Ксения СОЛОВЬЕВА