Вечные аспиранты: когда же «защита»?

Взять хотя бы отношения с НАТО. В 1991–1992 годах говорить о вступлении в блок, безусловно, было преждевременно, хотя диалог наладить стороны смогли еще тогда. Но прошло немало лет, а страна продвинулась в этом вопросе не так глубоко, как могла изначально. Украину то кренило в сторону альянса, то разворачивало от него на 180 градусов. Именно потому мы все еще не являемся членами НАТО – мало ли, чего можно ожидать от этих «шалтай-болтаев».

Для освежения памяти – немного сведений об этой долгоиграющей «пластинке». В 1997 году была подписана Хартия об особом партнерстве альянса и Украины, в 2002-м – План действий «НАТО-Украина». В 2005 году обозначился новый этап в отношениях Киева и военного блока – «интенсифицированный диалог», который должен был стать первым шагом на пути вхождения нашей страны в эту организацию. Однако год спустя правительство Виктора Януковича отложило принятие Плана действий по членству в НАТО (ПДЧ). А когда тот стал президентом, проект и вовсе был заморожен, поскольку парламент закрепил внеблоковый статус Украины.

По новой редакции Военной доктрины, принятой уже при Петре Порошенко в сентябре 2015 года, Украина называла приоритетной задачей углубление сотрудничества с НАТО и достижение до 2020 года полной совместимости ВСУ с соответствующими силами стран-членов этого блока. В феврале 2018 года министр обороны Украины Степан Полторак заявил о выполнении на 90% плана по адаптации ВСУ к стандартам НАТО. И уже в марте состоялось, как нам его преподнесли, историческое событие: Украина официально стала «аспирантом» альянса.

Что означает этот статус? Его применяют к государствам, которые заявили о своей заинтересованности в присоединении к НАТО – они получают приглашение к интенсифицированному диалогу (в нашем случае – повторно). На сегодня таких аспирантов три: Украина, Босния и Грузия. Впрочем, это вовсе не значит, что в обозримом будущем им сделают следующее предложение – к ПДЧ. Та же Грузия, которая не отступалась от своих намерений по поводу НАТО, все еще находится на этапе «диалога». А Македония, получившая ПДЧ давным-давно, долгое время не могла полноценно слиться с блоком, поскольку имела споры с Грецией из-за названия своей страны. Но в итоге вопрос был решен, и вскоре теперь уже Северная Македония станет членом НАТО.

Кстати, статус аспирантов иногда дают державам, в сотрудничестве с которыми военный блок заинтересован сам. К примеру, ранее удостаивались такой «чести» Швеция и Финляндия, но как натовские спецы ни старались их затащить под свое крыло, в НАТО они так и не вошли. И, кажется, не слишком по этому поводу страдают.

Нелишним будет напомнить, что в апреле 2008 года Украина и Грузия из кожи вон лезли, чтобы добиться ПДЧ, но им тогда отказали из-за позиции лидеров Франции и Германии Николя Саркози и Ангелы Меркель, которые не желали дразнить непредсказуемую Россию. А предоставление ПДЧ возможно лишь с согласия всех стран-членов НАТО. Сейчас у нас с этим проблемы: та же Венгрия блокирует продвижение сотрудничества Украины с альянсом из-за закона об образовании. И это не говоря о других странах, которые по-прежнему опасаются ответных мер со стороны Москвы. А еще, согласно уставу НАТО, его членами могут стать только те государства, в которых отсутствуют территориальные споры. Для Киева же еще не закрыты вопросы по Крыму и Донбассу – следовательно, даже ПДЧ нам не светит.

А вообще «аспирантура» – это не только озвученное намерение вступить в альянс, но и проведение целого ряда реформ, причем не только военного характера. Это еще и аспекты, свидетельствующие о том, что страна может называться полностью демократической – прозрачная судебная система, сведенные к минимуму коррупционные риски, стабильная экономика. Насколько Украина соответствует этим требованиям? Ответ очевиден для каждого. Так что пока не сломаем хребет прежней системе, не то что в НАТО не попадем – жить нормально не сможем.

Вместе с тем, военные эксперты говорят, что «аспирантство» для Украины все же сослужит хорошую службу. Допустим, оно предусматривает комплексный пакет помощи, утвержденный на Варшавском саммите в 2016 году. Наша страна является бенефициаром десяти трастовых фондов НАТО с бюджетом 40 миллионов евро. Эти программы направлены на развитие системы медицинской реабилитации и переподготовки военнослужащих, реформирование систем связи, уничтожение старых боеприпасов, утилизацию радиоактивных отходов и кибербезопасность. То есть польза от «аспирантуры» все же есть. Но на когда назначат защиту «кандидатской» – большой вопрос...

Максим КОРОБЕЦ