ПОЗИЦІЯ

«Свобода одного заканчивается там, где начинается свобода другого».

Виктор Гюго

На сегодняшний день количество средств массовой информации в Украине постоянно уменьшается в связи со сложной экономической ситуацией. Людям не до пищи ума, хоть бы выжить. Не обошли эти процессы и Запорожье – из информационного поля исчезли несколько изданий, часть ушла в Интернет.

ПОЗИЦИЯ поинтересовалась у известных запорожских общественных деятелей, существует ли цензура в Украине или стоит говорить о самоцензуре как нравственном понятии? Как изменилась их журналистская, общественная работа или деятельность на руководящей должности после Майдана? Где же обещанная демократия?

Заместитель директора юридической фирмы «Приоритет», адвокат Павел ШКАРУПА:

– В настоящее время цензура несколько видоизменилась. Если в недавнем прошлом контроль за выпуском информации осуществляло государство, то на сегодняшний день большинство СМИ находятся в частных руках, принадлежат богатым лицам. Следовательно, последние следят за выходом информации в свет, отбраковывают то, что им не выгодно. Также есть СМИ, которые работают исключительно за деньги, значит и информация подается та, которую оплатил «клиент».

Что касается изменения в адвокатской и общественной деятельности, думаю не нужно ставить точку отсчета «до и после Майдана». Нужно ставить точку отсчета «до и после изменения системы», «до и после реформы в той или иной сфере». После Майдана не изменилось ничего, поменялись только лица… и то не все. Не прошла судебная реформа, в правоохранительной сфере изменили название «милиции» на «полицию», а смысл остался тот же. Кроме того, оформление земли усложнилось, налоговая нагрузка на малый и средний бизнес зашкаливает…

Поэтому Майдан здесь не при чем, в ответе за все люди, пришедшие во власть после него. Похоже, их в жизни все устраивает и старая система в том числе. А самое страшное – не видно, когда же хоть что-то начнет меняться!

Редактор журнала «Biruchiy art» Инга ЭСТЕРКИНА:

– Я считаю, что мы вообще-то свободны, можем делать что хотим. Наша цензура – политика редакции и собственный страх за свое рабочее место. А это надо изживать.

Генеральный директор Национального заповедника «Хортица» Максим ОСТАПЕНКО:

– До Майдану людимайже перестали виражатисвої думки, переконуючи себе, що до них ніхто не буде прислухатися та ніхто їх не зрозуміє; зараз же ситуація змінилася. Візьмемо проблему декомунізації, вирішення якої у Запоріжжі повністю лежить на новообраному міському голові. Коли мене, як учасника експертної групи, питають, а чи не багато уваги ви цьому приділяєте? Відповідаю приблизно так: «Озеро Леніна, острів Леніна, Ленінський район, Дніпрогес ім. Леніна з орденом Леніна, порт Леніна, площа Леніна, пам’ятник Леніна, проспект Леніна, вул. Ілліча. Політичний діяч Дзержинський – засновник ВЧК – на Майдані Волі, краєзнавчий музей на вул. Чекістів»...

 Які перспективи у міста, уся топоніміка якого була спрямована на знищення будь яких ознак самобутності, креативу та історичної пам’яті!? Свого часу усі назви створювалися з єдиною метою – «диктатура пролетаріату» під керівництвом ВКП(б). Про яку свободу, право і демократичні цінності ми кажемо?

Автор-исполнитель песен, председатель Всеукраинского объединения деятелей авторской песни Вадим ГЕФТЕР:

– На мой взгляд, особых изменений в журналисткой работе не случилось. В Украине есть достаточно яркие и честные журналисты, равно как и ангажированные проходимцы. Отрадно, что не случилось, как говорится «на встречной волне» подражателей поднаторевшим мерзавцам как Соловьев (Кисилев) в сопредельном государстве. Цензура если и существует, то вполне умеренная, а с учетом интернет-изданий, так и вовсе отсутствует. Сам я, будучи автором-исполнителем или бардом, конечно, претерпел определенные изменения, прежде всего в силу нахождения непосредственно в зоне конфликта (АТО). Появилась какая-то внутренняя потребность писать о доброте, любви, сочувствии, дружбе. Хочется обогреть и поддержать людей, дать им силы выдержать эти испытания.

Председатель наблюдательного совета Запорожского инструментального завода Алексей ЛИТВИН:

– О влиянии СМИ на сознание людей видно по новостям. Я недавно был у ребят на войне. Не перестаю удивляться – они обычные люди. В отличие от того, что я слышу по телевидению, оказалось, наши защитники Родины – не ультрапатриоты (читайте – приспособленцы или наемники), не призывают к тотальной борьбе против коррупции или превращению Украины в пасторальную натурно-сельскохозяйственную страну. Они не борются на словах против экспансии России и не машут кулаком Путину (понимая, что он не будет мстить).

Они воюют, а война не понимает высоких слов. Они офицеры и солдаты и просто выполняют присягу. Люди, помните, патриоты – те, кто доказал право так называться не на словах. И еще – фронтовики предельно жестко оценивают крикунов-патриотов. Они говорят: если кто-то является патриотом, почему только на словах, почему он не здесь? Я уверен, что многие «патриоты» – просто наемные провокаторы. Так сказать

небезвозмездно «сорящие» патриотизмом. А лучше помолчать, но что-то важное сделать.

Рискую показаться не патриотом, но скажу, что настало время повысить материальное снабжение армии и… отказаться от ставки на патриотизм. Нельзя кровью заменять недостаток техники и боеприпасов.

Журналист не должензаслонять происходящее своей персоной, а объективно давать оценку событиям. Нужно понимать, что сегодня в Украине все решается в экономике. Естественно, доллар «ползет» вверх. Нам не дают денег. Исчерпалась лавочка всех времен и народов. Во времена всех президентов, премьеров Нацбанк «выкидывал» взятый взаймы доллар на «поддержание» курса.

То есть вместо того, чтобы инвестировать его в дешевые кредиты для развития отечественной экономики, вкидывали в низкий курс для покупки китайского продукта и вывода денег за границу. Одним словом, инвестировали в китайскую экономику и в вывод на личные «забугорные» счета. Интересная штука получается: в идеологии, рассуждениях, масках – все наши политики разные. Но все являются приверженцами «поддержания курса гривны». Это во многом и сгубило нашу экономику.

Считаю, что свобода прессы не означает вседозволенности, но нужно подчеркнуть, что в Украине должна быть свобода слова в европейском понимании. Журналист обязан нести правду в массы, в том числе давать информацию с двух сторон фронта, чтобы люди сами делали выводы.

Представитель благотворительного фонда «Счастливый ребенок» , журналист Николай КОЛОДЯЖНЫЙ:

– Мне сложно судить о том, как изменилась журналистика после Майдана, т.к. до этогоне работал в СМИ «изнутри». А что касается общественной деятельности, то могу сказать, что сейчас формально работать стало проще.

Вскоре после прихода к власти Януковича в Украине началась «охота на ведьм». На тех, кто, занимаясь общественной деятельностью (допускаю, что и журналистикой), и мог представлять угрозу для власти. Так, СБУ начало преследовать организации, сотрудничающие с зарубежными партнерами.

И появляется у вас в гостях такой, насколько я знаю, и ныне здравствующий один «чекист»... И начинаются допросы-расспросы. С подозрением аж в угрозе национальной безопасности! А потом и «заманчивые» предложения: «Не «постучите» ли вы нам на друзей-коллег? Нет? Ну, тогда мы попьем вашей кровушки». А мы удивляемся, что вторжение России стало для Украины шоком...

Сейчас маразматические преследования прекратились. Но в глубине системы, я уверен, ничего не изменилось. Просто ищейкам дали команду «фу». Они так же продолжают сидеть в своих креслах, разъезжать на своих «джипах». Никто не признал свои ошибки, не сделал выводов. А значит, если ветер опять подует в другую сторону – те же люди с прежним рвением ринутся «закручивать гайки».