Сирия: шансы для Украины

Сегодня уже очевидным стал факт, что на протяжении последнего года наш северный сосед Россия делает все для того, чтобы Украина состоялась как единое федеративное нейтральное государство в посткрымских границах. Украина, по замыслу руководства России, очевидно, должна играть роль буферной зоны между Россией и Западом. Такое решение украинского вопроса поддержали и Меркель с Олландом – лидеры ведущих европейских стран. Иначе зачем им было подписываться под Минском-2, фактически означающем реальную децентрализацию нашей страны?

Однако упорство внутренней национал-патриотичной оппозиции Украины в отрицании организации такой формы государственности в самых воинственных радикальных проявлениях и нерешенные проблемы на международной арене ослабили хватку России в этом вопросе. Безусловно, это положительным образом сказалось на военных действиях на Донбассе – фактически они прекратились, и это дает возможность нашей стране заниматься решением внутренних экономических, социальных проблем. А вот у России появилось новое направление, которое, очевидно, заставит ее несколько отвлечься от украинского вопроса либо понудит решить его быстро. В этом решении заинтересованы и западные партнеры-недруги России. Это вставшая во весь рост сирийская проблема. В чем интерес здесь России и каковы основные точки пересечения сфер влияния с западными странами? И как это отразится на ситуации у нас в Украине? Эти вопросы комментирует шеф-редактор ПОЗИЦИИ Сергей Знаменский.

– Россия очень заинтересована в сохранении стабильности в Сирии – cвоем единственном форпосте на Ближнем Востоке, и потому всячески поддерживает Башара Асада. Она недавно передала ему боевую авиацию и иные виды новых вооружений для борьбы с исламским государством, которое уже оккупировало часть Сирии. Там строится российская военно-воздушная база и туда уже направлен ограниченный контингент российских войск. Причина этого – опасность, исходящая от ИГИЛ* для Средней Азии, Северного Кавказа и даже Поволжья в самой России. И этот фактор перевешивает риски, связанные с событиями на востоке Украины.

Россию не устраивает, какими темпами Запад, в т.ч. и США борются с новой «гнойной» раной Ближнего Востока и намерена существенно увеличить там свое и влияние, и присутствие. Борьба с такого рода террористами, как ИГИЛ – явно благородное и выигрышное дело для России, успех этого мероприятия, несомненно, поднимет ее имидж в глазах мирового сообщества. Эта террористическая группировка воспринимается как абсолютное зло. В западных СМИ регулярно появляются сообщения о том, что боевики торгуют женщинами, насилуют детей, изымают из людей органы. Соответственно, у электората возникает вопрос, почему развитые страны закрывают на это глаза. У арабских элит тоже есть вопросы – ИГ не скрывает, что претендует на территории всего мусульманского региона. Поэтому у России есть шансы стать избавительницей мира от угрозы, а также заслужить уважение арабских элит, которое будет выражаться в новых контрактах на поставки оружия и плате за политическую поддержку на международной арене. И США, и их союзники из Европы не могут на это не реагировать. Именно здесь и пересекаются их интересы с Владимиром Путиным, именно здесь может быть найден компромисс по Украине. Значительное внимание этому вопросу было уделено на последней Генеральной Ассамблее ООН в США. Т.о. у Украины есть большой шанс для урегулирования конфликта при достижении консенсуса сильными мира сего.

Однако на этом пути есть и ряд подводных камней. Американцы, играя в свою игру по сохранению влияния на Ближнем Востоке, могут попытаться устроить России в Сирии второй Афганистан. И российское сообщество вряд ли поддержит отправку солдат куда-то далеко от своих границ умирать за интересы каких-то арабов. К тому же, ввязавшись в войну с мощной террористической группировкой, Россия рискует превратиться в мишень для исламского террора. Поэтому решение «сирийского вопроса» и для России, и для стран Запада лежит только в интеграционной плоскости. Дальнейшая эскалация этого конфликта грозит для той же Европы еще большим миграционным кризисом, о российских проблемах уже говорилось выше. И, наверное, не меньшим аргументом в пользу консенсусного решения по Сирии есть отведение угрозы от безопасной доставки углеводородов в Европу. Энергетической зависимости мира еще никто не отменял.

И именно процессы, идущие в Сирии, должны ускорить решение нашего украинского вопроса. Цель украинского руководства в нынешних условиях – заморозить конфликт на востоке страны, чтобы можно было заниматься решением внутренних проблем. Нынешняя украинская власть уже не хочет рассматривать занятую повстанцами территорию Донбасса как неотделимую часть Украины, блокируя ее и отгораживаясь. Цель России, как ни парадоксально – впихнуть мятежные территории обратно с соответствующими полномочиями в рамках федерального устройства, чтобы можно было влиять на внутренние процессы у нас в стране. Согласно условиям Минского соглашения, самая значимая уступка России – возврат Москвой Киеву контроля над российско-украинской границей – обусловлена обязательством Украины по внесению описанных изменений в Конституцию. И есть достаточно оснований полагать, что в связи с резко ускорившимися событиями на Ближнем Востоке, процессы по определению места Украины произойдут уже в ближайшее время.

*ИГИЛ – «Исла́мское госуда́рство Ира́ка и Лева́нта» – непризнанное государство и международная исламистская суннитская террористическая организация, действующая преимущественно на территории Сирии.