Nota bene. Исторические зиги

Предлагаем разобраться с таким историческим явлением как фашизм. Например, откуда он взялся? Слово произошло от итальянского – fascio – союз, пучок (так в Древнем Риме называлась связка розог у ликтора – судебного исполнителя).

Зародился фашизм в Италии в 1920-х годах. Когда в Европе на фоне разрухи, последовавшей за Первой мировой войной, началась Великая депрессия, то европейцы, глядя, что у советских людей все не так плохо, стали им симпатизировать. Буржуи, почуяв неладное, поддержали наиболее реакционные, популистские и антикоммунистические проекты: фашизм в Италии, франкизм в Испании и нацизм в Германии.

Коммунисты, которым в этих нюансах разбираться было некогда, назвали все эти режимы фашистскими, потому что итальянский фашизм был хронологически первым, да и негоже называть врага национал-социалистами, когда у самих социализм. Поэтому в СССР, как и в других экс-соцстранах, за воинствующим национальным шовинизмом закрепилось название «фашизм».

Важнейший признак фашистской идеологии – деление людей на «своих – чужих», «наших и не наших». Такими же категориями мыслит националист. Главное, не путать национализм с патриотизмом. Патриот любит свой народ, а националист не приемлет чужого. Патриот прекрасно знает, что не бывает плохих и хороших народов – бывают лишь плохие и хорошие поступки людей. Строго говоря, фашизм = национализм (не путать с расизмом: негры-фашисты – обычное дело) + диктатура/тоталитаризм.

Сейчас наблюдаются националистические сдвиги в связи с изменениями в геополитике. Так, фашист Гитлер ненавидел евреев и дружил с мусульманами, а вот, например, нидерландский Пим Фортейн (застрелен в 2002 г.) предлагал сжечь в топках нового Освенцима всех мигрантов-басурман и ничего не имел против евреев.

По идеологическим штампам фашисты тоже различаются. Если, например, в итальянском господствующий элемент – государство, то в немецком национал-социализме – раса. Первооткрыватель фашизма Дуче был банальным имперцем, и евреев, пока не задружился с фюрером, не трогал. А другой известный фашистский диктатор Франко и вовсе прятал евреев-беженцев на своей территории.

Фашизм привлекает недалеких людей, потому что они воображают, будто Гитлер каленым железом выжег все «язвы общества» (либералов, геев, быдло, интернационалистов, нацменьшинства), сплотил нацию и установил в Германии порядок, мир и процветание. На самом деле нацики выдавили из страны множество ученых, которые потом созидали в другом, более пригодном для жизни месте. В Третьем рейхе на полном серьезе шли рассуждения об «арийской» расе и «еврейской» физике. Геббельс говорил, что арийцы произошли от самих древних греков, минуя обезьян. Какой научный прогресс мог быть в таком обществе? Лишь застой и мучительная деградация под бдительным оком гестапо. А как же созданные в рейхе реактивные истребители, шушпангеверы, инфракрасные ночные прицелы, управляемые ракеты, и тонны другого чудо-оружия? Все это создавалось ради деления противника на ноль. Вне военных нужд это все было непригодным.

Аналогично выдавили деятелей искусства и мыслителей. Фрейд шутил, что в Средневековье его бы сожгли, а теперь сжигали всего лишь его книги, но психоаналитик вовремя уехал. Германское тоталитарное искусство быстро превратилось в бессодержательную, но очень пафосную ерунду, которая ничему не учила, а лишь восхваляла и искажала действительность. Талантливые люди либо бежали из Германии, либо уходили в подполье, либо их уничтожали. Большинство из них, естественно, чистокровные немцы.

Гитлер обещал каждому бюргеру «народный автомобиль» – Фольксваген, но денег отчего-то не хватало. Куда же они шли? Экономические нововведения нацистов были простыми: уничтожить профсоюзы и создать монополии, где «предприниматель – фюрер для рабочих». В экономическом смысле нацисты стали этаким коллективным сутенером, который, держа народ в повиновении, продает их олигархам и следит, чтобы «покупатели» знали меру. Мера, само собой, согласуется с «клиентами». В итоге рабочие ели капусту, предприниматели и бюрократы – мясо. Такая система не могла себя содержать без ограбления соседей. То есть без войны рейх не мог развиваться, потому что развитие никому было не нужно: олигархи без напрягов отбивали инвестиции, как монополисты, работяги не имели мотивации, бюрократы только контролировали процесс. Даже если бы, допустим, нацисты захватили СССР и поработили 500 млн человек, они бы просто сосали ресурсы как большой паразит, плюс тратили огромные деньги на зондеркоманды для защиты от партизан. Серьезный бизнес старался бы гнать в рабство побольше пленных, ведь им можно вообще не платить. (Уже к концу Второй мировой войны по документам самих нацистов на принудительном труде действовали 7 млн 600 тысяч гастарбайтеров, что составляло четверть производственной мощи рейха.)

Германия до Второй мировой представляла собой феерическую смесь патриотической истерики, интеллектуальной деградации и бряцающего оружия, которое неизвестно по кому завтра ударит. Все, кроме зигующих активистов, – жили в страхе и неопределенности. Чуть позже к этому добавилась необходимость подыхать на фронтах «за расу», а реально – за то, чтобы олигархическая экономика продолжала работать.

Наталья ЕРМАКОВА