Краснобайство премьера

Премьер-министр Украины Арсений Яценюк считает, что Украина проводит реформы аналогичные тем, которые провела Польша 1990-х. Об этом глава правительства заявил в эфире программы «10 минут с премьер-министром», которая транслировалась вечером 3 января.

«Что такое европейская интеграция для Украины? Какой образец взять? Лучший пример – это, конечно, соседняя братская Польша. 14 лет Польша проводила сложные реформы. Такие же реформы, как мы провели за последние 22 месяца. И в результате этих реформ Польша не просто стала членом Европейского Союза, а она стала одним из самых сильных членов Европейского Союза с развитой экономикой. Это наш путь. И мы пройдем этот путь», – выдал Яценюк на всю страну.

Украинский политолог Кость Бондаренко не замедлил поиронизировать над словами премьер-министра в Facebook: «А где-то в Варшаве от стыда и зависти плакал несчастный Бальцерович!!!».

Чем отличаются реформы Арсения Яценюка и Лешека Бальцеровича? Почему премьер Украины считает, что делает все лучше и быстрее Польши? Есть ли у него основания для таких выводов или это очередное бездоказательное бахвальство?

Предлагаем рассмотреть, насколько реформы Лешека Бальцеровича в Польше формата 1989 года соответствуют реформам Яценюка в Украине 2014–2015-го?

Став вице-премьером и министром финансов в 1989 году, Лешек Бальцерович провел шоковую терапию. В 90-х поляки ненавидели реформатора. Теперь вспоминают с уважением.

Бальцерович в своих реформах сделал упор на развитие малого и среднего бизнеса. Он добился того, чтобы на каждые десять поляков в стране было одно предприятие.

ВВП Польши на 2013 год составил 517,5 млрд (24-место в мировом рейтинге стран). Из них практически 47% – вклад малого и среднего бизнеса. Для сравнения в Украине 2013 года эта цифра ограничивалась 10%.

Как выглядят ВВП Польши и Украины в динамике к началу 2014-го (по сведениям Всемирного банка) видно из представленной инфографики.

В отличие от Яценюка, Бальцерович делал ставку не на помощь Запада, а исключительно на реформы. Стремительная приватизация в течение двух лет увела в частный сектор 45% всей промышленности в Польше. Причем, Бальцерович не побоялся продать иностранцам за наличные деньги промышленные предприятия. Он даже установил налоговые льготы для иностранных инвесторов. Новый закон также устранил все ограничения на вывоз прибыли и размер инвестиций. Ряд крупных госмонополий Польши на рынке сельхозпродукции, транспортных перевозок, угольной и металлургической промышленности был ликвидирован.

Новый закон о предпринимательской деятельности дал первый, но очень мощный толчок развитию частного сектора. Правительство упростило открытие и ведение бизнеса, предоставило кредитные ресурсы. Появился целый ряд государственных и региональных фондов, предоставлявших частному сектору выгодные займы. В результате в первые два года было зарегистрировано 600 тыс. предприятий, которые дали рабочие места 1,5 млн человек.

В 2003 году правительство Польши снизило налог на прибыль для предпринимателей с 27% до 19%. И уже через год после нововведения в бюджет поступило на $1 млрд больше, чем раньше.

В Польше власть отделилась от бизнеса. Незаконные связи политиков и бизнесменов стали предметом антикоррупционных расследований. Строгий контроль над источниками доходов политиков привел к тому, что коррупционной составляющей стало значительно меньше.

В 2004 году, после вступления Польши в Евросоюз, масштабы промпроизводства существенно сократились. Закрылись некоторые судоверфи, угольные шахты. Польские фермеры испытали сильнейший удар. В результате 2 млн поляков уехали из страны на заработки в ЕС. Но Польша устояла и потихоньку, спустя почти 10 лет, стала извлекать выгоду из членства в ЕС.

Если бы Украина действительно пошла бы по пути Польши, за нас можно было бы только порадоваться. Но, к сожалению, «шоковая украинская терапия» больше напоминает разграбление страны.

Малый и средний бизнес в Украине откровенно гибнет, сельское хозяйство в не лучшем положении, налоги повышаются, кредиты выдаются под грабительские проценты. Напомним, к слову, правительство Бальцеровича добилось списания большей части госдолга, а благодаря модернизации экспортно-ориентированных предприятий даже выплатило прежние внешние долги коммунистической Польши.

В свою очередь Арсений Петрович делает упор на финансовую помощь Запада, вгоняя страну в непомерные долги, не думая, каким образом их будут отдавать следующие поколения украинцев.

Единственное, что сделал наш премьер, очень напоминающее реформы Бальцеровича, так это увеличил стоимость энергоресурсов. Пожалуй, все.