Дефолт: формальность или катастрофа?

Спустя неделю после парламентского голосования толстый слой предвыборной штукатурки начал прогнозируемо отваливаться от украинского информационного поля, уступая дорогу куда более насущным и осязаемым темам. Естественно, прежде всего, экономического свойства, о чем вменяемая часть экспертного сообщества трубила еще задолго до предвыборной кампании.

Теперь же, когда любовь электората в очередной раз получена, вместо долгожданных реформ бенефицианты парламентской кампании мало-помалу начинают поговаривать об уже ставшей родной для Украины политике «затягивания поясов», без которой решить весь массив надвигающихся экономических проблем, как выясняется, невозможно. Грядущий экономический «нежданчик» может быть таковым только либо для откровенных профанов, либо для отпетых популистов. Ни первых, ни вторых в Украине уже выносить просто невозможно, поэтому посмотрим на ситуацию максимально трезво и адекватно.

Еще в августе текущего года госдолг Украины перевалил через отметку в 60% от объема ВВП. Страж и кормилец глобальной экономики, а по совместительству наш главный кредитор, Международный валютный фонд, чуть менее месяца назад - в самый разгар избирательной кампании – дал украинскому правительству более чем неутешительный прогноз. Если наша страна и дальше будет заимствовать с такой скоростью, то уже к концу года долг государства составит 67,6% ВВП, а в 2015-м – 73,4%. Это без учета корпоративных долгов. Если принимать в расчет еще и их, то Новый год мы будем праздновать с внешним долгом размеров в 102,2% ВВП!

Казалось бы, а чего, собственно, такого? Весь мир же живет в долг, у США он вообще космический, и ничего. Ну, давайте начнем с того, что Украина, перефразируя Леонида Кучму, не Америка, и доллар мы не печатаем. Кроме того, еще ни один долг в мире просто так никому не прощали. Вместо денег всегда найдется эквивалент в виде политических обязательств и соблазнительного государственного имущества. Но нам же и на это уже давно наплевать, лишь бы не отдавать деньги России. Украинцев постепенно приучили к мысли, что быть в долгу, в принципе, неплохо, главное, чтобы не Москве, да и бегать на поклон к кому-то тоже, по большому счету, не унизительно. Главное - не в Кремль.

И вот здесь начинается самое интересное. Еще при «кровавом диктаторе» Януковиче Украина имела неосторожность взять у России в долг 3 миллиарда долларов. Кто забыл, напомню – в качестве утешительной опции за отказ от подписания Соглашения об ассоциации с ЕС. Механизм получения этой ссуды был следующим: Россия купила двухлетние еврооблигации Украины с купоном 5% годовых, которыми и была оформлена финансовая помощь Кремля правительству Виктора Януковича. И вот теперь самый сок – согласно условиям предоставления займа, если госдолг Украины перевалит за 60% ВВП, Россия вправе потребовать досрочного погашения кредита в полном объеме. Естественно, теперь, уже имея формальный повод в виде преодолевшего черту госдолга Украины, РФ этим механизмом воспользуется. И с юридической точки зрения будет права, ведь Киев не может отказаться платить. Даже если будет доказано, что Янукович брал эти деньги с нарушением процедуры, на финансовых обязательствах страны это никоим образом не скажется.

То есть имеем 3 миллиарда долларов оперативных расходов. А теперь вспомним, что случилось буквально неделю назад: газовый консенсус с Россией, который наше правительство поспешило окрестить чуть ли не победой отечественной дипломатии. Цену ведь действительно снизили! Вот только мало кто обратил внимание на пикантную деталь, нивелирующую любое снижение цены. Украина согласилась до конца года погасить Москве долг за уже потребленный природный газ в размере 4,6 млрд. долл. Плюсуем вышеупомянутые 3 млрд. долл. кредита и получаем гигантскую сумму в 7,6 млрд. долл., которую мы должны заплатить России в ближайшие два месяца.

У нас люди, как правило, слабо ориентируется в порядке подобных чисел. Большинству что 7,6 млн., что 7,6 млрд. – одинаково далеко и слабо понятно. В таком случае, логично привести другую цифру, которая расставит все на свои места. Объем золотовалютных резервов Украины - своеобразная кладовая страны - состоянием на 1 октября составляет 16,2 млрд. долл. И это на фоне девальвации гривны, которую хоть как-то пытаются поддерживать именно этими деньгами, бешеных расходов на АТО и объективных социально-экономических проблем.

Что при таком сценарии может наступить уже в обозримом будущем? Дефолт. А что, собственно, такое дефолт? Термин весьма расхожий, но абстрактный. Конкретизируем. На практике это свидетельствует о неспособности государства платить по счетам, то есть полностью соответствует тому, к чему может привести целенаправленная политика украинского государства последних лет шести. Отказались, и что дальше? Оптимисты намекают на то, что долги Украине простят. Мол, посмотрите на Грецию, несколько лет назад пережившую дефолт. Таким экспертам обычно советуют посмотреть на структуру капитала Греции и количество приватизированного за последние годы имущества. Тогда сразу становится ясно, кто заработал на проекте «помощь Греции», который так и не решил ни одной из греческих проблем, зато напрочь угробил экономику.

В случае же с Украиной, которая, в отличие от Греции, является членом Евросоюза лишь в своих маниакально-радужных мечтах, наступление дефолта может стать сигналом для кредиторов, во-первых, больше никогда не давать нам в долг, а во-вторых, вернуть свое кровное путем приватизации аппетитного госимущества, которое в таких случаях выступает гарантом долговых обязательств правительства. А в Украине еще есть рентабельные активы и ресурсы! И об этом хорошо известно как европейцам, претендующим на украинскую землю, так и русским, давно положившим глаз на отечественную ГТС. Это так, для примера.

Естественно, дефолт – это время, когда социальная сфера рубится под корень, а налоги растут, как грибы после дождя. Поэтому наступление этого вроде бы формального экономического коллапса для простых украинцев будет значить лишь одно – зарабатывай меньше, плати больше. И не стоит забывать, что дефолт - это, как правило, всерьез и надолго. Поэтому государство с целью наполнения бюджета будет отыгрываться на простых украинцах не один год и придумывать для этого все более и более изощренные способы, пытаясь вытащить из «тени» все глубже уходящую туда экономику.

Столь печальная социально-экономическая картина может оказаться истинным смыслом реформисткой риторики правительства, которой в нашей стране принято маскировать непопулярные меры. Никто и не собирался проводить никаких реформ. Все просто искали приятную уху современного чувствительного украинца формулировку, которому гораздо приятнее становится платить мзду, если ее по-европейски назвать овердрафтом.

Виталий ФИЛИППОВСКИЙ