ПОЗИЦІЯ

Запад отказался помочь Украине прямым противостоянием России и защитить наши интересы в Крыму. Вместо этого, используя разногласия между Россией и Украиной, он вводит санкции против России. Насколько они болезненны для нашего северного соседа и полезны для Украины?

Дорог ли Крым

Одним из аргументов прозападной части российского общества против присоединения Крыма стала его якобы крайне высокая стоимость для российского бюджета. Так, экс-министр труда и занятости Александр Починок насчитал более миллиарда долларов в год вложений, которые должна будет сделать Москва в случае присоединения Крыма. Починок посчитал и пенсии, и вклад в инфраструктуру полуострова, и даже деньги на строительство дорог к нему по нашей территории и сооружение моста через Керченский пролив.

На первый взгляд бойкие подсчеты бывшего министра выглядят вполне убедительно, однако бросается в глаза, что произведены они в отрыве от экономических и политических реалий. Начнем с начала. В Крыму располагается стратегически важная для России база российского Черноморского флота. При всех прежних украинских правительствах (в том числе при Викторе Януковиче, все-таки подписавшем с Россией Харьковские соглашения, продлившие пребывание Черноморского флота в Севастополе до 2042 года) нахождение российского флота в Севастополе было одним из самых уязвимых мест взаимоотношений РФ с Украиной. Помимо официальной суммы 100 млн. долларов в год за базу и проход через Керченский пролив Россия постоянно должна была поддерживать дружбу с Украиной дополнительными денежными вливаниями, чтобы она не выгнала флот со своей территории (как не раз собиралась). Если посчитать, сколько сэкономит Россия, отменив увязанные с присутствием флота скидки на газ, то получится около 5 млрд. долларов в год. Уже одна эта экономия оправдывает присоединение Крыма.

Эксперты говорят и о возможной экономии при строительстве новых веток газопровода «Южный поток», если его часть пройдет по суше или по мелководью Крымского полуострова (ранее Янукович очень настаивал на проходе газопровода через Крым, аргументируя это удешевлением его строительства в пять раз, но тогда это было бессмысленно). Помимо этого Крым обладает весьма приличными запасами шельфового газа (оцениваются в 1,5–3,2 трлн. кубометров, что сопоставимо с сахалинскими запасами), что сделало бы Крым невероятно привлекательным активом практически для любой европейской страны.

Разумеется, развитием Крыма надо заниматься, там устаревшие инфраструктура и курортная база, однако при вполне разумных вложениях он способен не только кормить сам себя, но и приносить деньги в российский бюджет. Его развитый по сравнению с Россией малый и средний бизнес с нетерпением ожидает налаживания отношений с метрополией, так как в последние годы ощущал падение доходов, вызванное системой хозяйствования старой власти. «Мы считаем, что доходы наших отелей, санаториев и кафе вырастут после того, как Крым станет частью РФ, – сказал совладелец сети мини-гостиниц в Ялте Дмитрий Маленький. – Киев вытягивал из нас все деньги, не оставляя ничего на развитие. А Южный берег Крыма способен принимать туристов почти круглогодично в силу своих климатических особенностей, однако вместо этого наш сезон длится всего лишь с июня по октябрь. Остальное время люди сидят без работы. Теперь мы надеемся на возможность постепенного привлечения отдыхающих и в межсезонье».

По словам заместителя директора Института народнохозяйственного прогнозирования РАН Александра Широва, «дать точную оценку тому, во сколько Крым обойдется российскому бюджету, пока довольно сложно, однако совершенно очевидно, что цена этого политического решения не нанесет бюджету РФ чувствительных потерь». И столь же очевидно, что неэкономические дивиденды от приобретения Крыма могут оказаться для России необычайно высокими. По мнению значительной части российского населения, возвращение России Крыма и Севастополя – первый со времен распада Советского Союза духоподъемный факт, возвращающий чувство национальной общности и ответственности.

Пора вернуться домой

Ситуация же с введением санкций тоже не так опасна для России, как хочет показать Запад.

Поначалу США и Европа договорились о трехступенчатой системе санкций. Первым этапом стала приостановка подготовки к проведению саммита «восьмерки» в Сочи, а также замораживание и без того буксующих переговоров о безвизовом режиме. Он уже реализован, и Москва никак не отреагировала – ценность Крыма и российских интересов на Украине для Кремля оказалась выше саммита и пустых переговоров по визам. Второй этап санкций начался 17 марта, после крымского референдума. Он предусматривает введение выборочных санкций против группы высокопоставленных россиян. Премьер-министр Великобритании Дэвид Кэмерон заявил, что ЕС уже готовит «список 18», которым заморозят активы и не пустят их в Евросоюз. Среди них, по некоторым данным, министр обороны Сергей Шойгу, директор ФСБ Александр Бортников, руководитель администрации президента Сергей Иванов, вице-премьер Дмитрий Рогозин, глава Совета национальной безопасности Николай Патрушев и другие. Кроме того, в рамках второго этапа планируется отмена саммита Россия–ЕС, а также окончательная отмена саммита «восьмерки» в Сочи.

Между тем России эти санкции не страшны. Введение аналога «списка Магнитского» не нанесет России особого ущерба, скорее, наоборот, санкции в отношении российской элиты сослужат России пользу. Чиновники перестанут держать активы и счета за рубежом, предпочтя хранить их в ставшей «своей» России. Это резко снизит их зависимость от американских и европейских пожеланий, а также станет важным шагом на пути «национализации» элиты, о которой так много говорит Владимир Путин. Эта задача стала еще более актуальной на фоне украинских событий, когда наша элита, которой пригрозили конфискацией ее капиталов за рубежом, оперативно сдала страну. Отмена саммитов РФ тоже не беспокоит – Путин в любом случае не хочет ехать на саммит, главной целью участников которого будет публичная порка российского президента.

В случае же «дальнейших мер России, направленных на дестабилизацию положения на Украине», Запад угрожает перейти к третьему этапу. Он предполагает эмбарго на поставки в Россию оружия, введение ограничений на торговлю и финансовые санкции, исключение страны из «восьмерки» и расширение числа персон, которым будут заморожены счета и запрещен въезд в ЕС.

Аналитики предупреждают, что введение этого пакета будет иметь крайне серьезные последствия для российской экономики. В частности, финансовые ограничения не позволят российским банкам и компаниям привлекать капитал на западных рынках. А торговые санкции и ограничения на импорт в Россию западных товаров могут привести к дефициту (от которого россияне уже отвыкли) и инфляции. Бывший министр экономики Алексей Кудрин даже оценил ежегодные убытки России от санкций в 50 млрд. долларов.

Однако в то, что эти санкции будут введены, мало кто верит. В том числе сами западные бизнесмены. Так, руководитель представительства крупного европейского банка еще в самом начале крымской эпопеи уверял, что санкций не будет, и говорил о намерении расширить работу с российскими клиентами. А глава немецкого энергетического концерна Wintershall Рейнер Зееле публично заявил о намерении инвестировать в Россию и Норвегию 4 млрд. евро.

Эффект бумеранга

Причин для такого скептицизма достаточно. И главная из них в том, что от этих санкций будет больше вреда, чем пользы.

Европейские аналитики предупреждают, что введение санкций ударит, прежде всего, по западной экономике. Причем пострадает больше всего Европа, а не Соединенные Штаты (представители которых громче всех говорят о санкциях). Для Соединенных Штатов Россия является относительно незначительным, 20-м по величине, торговым партнером, которому через Атлантический океан американцы поставляют экспорта на 11 млрд. долларов в год. Отчасти поэтому, как показывает опрос CNN, 59% американцев поддерживают не просто ухудшение дипломатических отношений, но санкции в отношении Москвы (при этом интересно, что «за» выступают в основном пожилые люди, 55% американцев моложе 35 лет не хотят введения санкций).

Евросоюз же потребляет почти половину российского экспорта на сумму 292 млрд. долларов в год и поставляет своих товаров на 169 млрд. долларов. «Около 6200 немецких компаний работают в России и инвестировали в эту страну 20 миллиардов евро, 300 тысяч наших рабочих мест зависят от торговли с Россией», – заявил глава Восточного комитета немецкой экономики Экхард Кордес. Неудивительно, что, согласно опросу немецкой Die Welt, несмотря на то, что немцы не считают Путина партнером, 92% выступают против какого-либо ухудшения отношений с Россией. «Я очень сомневаюсь в реальности намерений европейцев ввести экономические санкции по отношению к России, – говорит Александр Широв. – Европейские экономики сегодня растут в среднем на 0,2-0,5 процента в год, и легко представить себе, что с ними будет, если Россия перестанет покупать их товары».

Кроме того, Москва отвечает угрозами на угрозы. «Мы готовы к любому развитию событий, прорабатываем все варианты. Но надеемся, что это будут конкретные политические санкции, а не широкий блок каких-то торгово-экономических решений. Мы будем действовать зеркально. Наши санкции будут, естественно, симметричными», – предупреждает заместитель главы Минэкономразвития Алексей Лихачев. Некоторые политики даже говорят о возможности национализации представительств западных компаний в России, а также об отказе от ряда платежей по контрактам. «Санкции против России обоюдоострые. Франция ожидает 1,3 миллиарда долларов за два «Мистраля». Пожертвуют ли этим ради ненадежной власти в Киеве?» – вопрошает глава комитета Госдумы по международным делам Алексей Пушков. Некоторые угрозы в отношении стран ЕС Москва уже реализовала, в частности остановила импорт товаров через порт Клайпеда (нанеся тем самым серьезный ущерб экономике Литвы – одного из самых громких адвокатов введения санкций). Прибалтийские страны немедленно сделали выводы: правительство Латвии под страхом отставки запретило своим министрам участвовать в ежегодном нацистском марше.

Помимо прямого давления на страны ЕС Россия может влиять на них косвенно, через Украину. «Сегодня долг Украины за газ составляет более 1,8 миллиарда долларов. Да, на Украине глубокий политический кризис, но за газ платить надо, – заявил глава «Газпрома» Алексей Миллер. – У нас есть все права в соответствии с действующим контрактом перейти на предоплату за поставки российского газа на Украину. Но мы этого не делаем, и мы видим, что это является очень важным моментом для того, чтобы на Украине не случился экономический коллапс, чтобы не возникли риски для транзита российского газа в Европу». Кроме того, ряд экспертов утверждает, что по условиям декабрьских соглашений Россия имеет право требовать от Украины немедленного погашения первого транша кредита в 3 млрд. долларов, в случае если объем госдолга и долга, гарантированного государством, превысит 60% годового номинального ВВП. И хотя сейчас вопрос остро не стоит, в случае дальнейших заимствований он вполне может стать актуальным.

Наконец, санкции имеют и стратегическое значение. В Европе понимают, что введение эмбарго в отношении Москвы не только заставит ее слезть с нефтегазовой иглы и серьезно заняться импортозамещением, но и отправит ее в союз с Китаем. Для Пекина это будет поистине царским подарком: партнерство с Москвой прикроет его среднеазиатские тылы и гарантирует бесперебойное снабжение ресурсами в свете будущего конфликта с США и Японией в Восточной Азии. Для России же подобный союз стратегически невыгоден, однако, если выбора не будет, она на него пойдет.

Именно поэтому ни точное содержание «третьего пакета санкций», ни условия его введения никто не оглашает. Запад не хочет устанавливать себе красные линии.

Ольга ВЛАСОВА